как учит марксизм-ленинизм ТФКП, если функция ограничена, то она равна константе. соответственно, если она меняется хоть чуть-чуть, то она где-то расходится.
вот понятие "дом". это то, где ты живёшь постоянно. гостиница - не дом. а съёмная квартира? если ты там жил четыре года, был счастлив и в депрессии, зачал ребёнка, учился его пеленать, видел его первые шаги и слышал первые слова - это дом?
или квартира родителей, мои первые шаги и слова, пылинки в лучах вечернего солнца, когда просыпаешься и лежишь, смотришь. и забегаешь с улицы выпить стакан воды, а потом обратно во двор бегать. или потом, сильно потом, приезжаешь из аэропорта, а родители встречают, и тот же запах на лестничной клетке, а ещё потом квартира есть, а родителей нет, и отодрали книжные полки, а под ними старые обои, которые я помню новыми, как я стоял в углу, плакал от обиды и размазывал слёзы по стенке, а обои собирались в катышки, как промокашка.
и вот уже это не дом, а пройденный этап, память и энная сумма, вложенная в новый дом. дом?
в какой момент константа склоняется, начинает ощутимо гнуться, а потом срывается в бифуркацию?
вот ты живёшь, смотришь на свою рожу, когда бреешься, а она не меняется, как стрела Зенона, а потом бац - и старик.
счастье - в беззаботности. думать, что ты лежишь на константе, а не скользишь по гиперболе.
как бы научиться лежать, падая?
как найти опору, если дом умирает и истончается, как Красное Здание?
вот понятие "дом". это то, где ты живёшь постоянно. гостиница - не дом. а съёмная квартира? если ты там жил четыре года, был счастлив и в депрессии, зачал ребёнка, учился его пеленать, видел его первые шаги и слышал первые слова - это дом?
или квартира родителей, мои первые шаги и слова, пылинки в лучах вечернего солнца, когда просыпаешься и лежишь, смотришь. и забегаешь с улицы выпить стакан воды, а потом обратно во двор бегать. или потом, сильно потом, приезжаешь из аэропорта, а родители встречают, и тот же запах на лестничной клетке, а ещё потом квартира есть, а родителей нет, и отодрали книжные полки, а под ними старые обои, которые я помню новыми, как я стоял в углу, плакал от обиды и размазывал слёзы по стенке, а обои собирались в катышки, как промокашка.
и вот уже это не дом, а пройденный этап, память и энная сумма, вложенная в новый дом. дом?
в какой момент константа склоняется, начинает ощутимо гнуться, а потом срывается в бифуркацию?
вот ты живёшь, смотришь на свою рожу, когда бреешься, а она не меняется, как стрела Зенона, а потом бац - и старик.
счастье - в беззаботности. думать, что ты лежишь на константе, а не скользишь по гиперболе.
как бы научиться лежать, падая?
как найти опору, если дом умирает и истончается, как Красное Здание?