Я не знаю, кто я, где моя родня.
И даже местоимение для меня —
лишнее. Как число для дня.
И мне часто кажется: я — никто,
вода, текущая в решето.
Особенно, когда на меня смотрят сто
глаз. Но и когда один —
тоже. Пускай вас мой габардин
не смущает: теперь и простолюдин
так одевается. В руке у меня не меч,
но зонт, чтоб голову уберечь,
если льет и когда начинает печь.
Не думайте, что я для вас таю
опасность, скрывая от вас свою
биографию. Я — просто буква, стоящая после Ю
И даже местоимение для меня —
лишнее. Как число для дня.
И мне часто кажется: я — никто,
вода, текущая в решето.
Особенно, когда на меня смотрят сто
глаз. Но и когда один —
тоже. Пускай вас мой габардин
не смущает: теперь и простолюдин
так одевается. В руке у меня не меч,
но зонт, чтоб голову уберечь,
если льет и когда начинает печь.
Не думайте, что я для вас таю
опасность, скрывая от вас свою
биографию. Я — просто буква, стоящая после Ю