еще не мертвый, но уже очень хороший

[zorgeo]

Год одна тысяча девятьсот восемьдесят четвертый. Мне 15 лет, я активно интересуюсь числами Фибоначчи и телепередачей Аэробика. Константин Устинович, тяжело дыша, опускает бюллетень. Невидимый Ворошилов под шумок дает в эфир группу Квин, а косоротенькая Максимова - Аквариум. Пенсионеры в трамваях говорят о звездной войне.

Обратите внимание, там минуты через полторы после начала клипа показывают нынешнего Гребенщикова. Где тот мальчик, что стрелки сжал рукой и т.д.? А я - ведь и я же был там, в 1984-м, ездил на тех трамваях. Билетик выкручивал. Трамвай стоил три копейки, троллейбус - четыре, а автобус - пять, как метро. "копеечку не бросайте!"

Неужели и со мной произошла такая же ужасная перемена?

Comments

[(Anonymous)]

> Это и есть, собственно, обслуживание старого образа/
> лирического героя, ну или воспроизведение архетипа.

В смысле, БГ невозможно (либо архитрудно) воспринимать
отвлеченно от знании о БГ и о его мифологии и от всей цепи
ассоциаций, которую вызывают простые упоминания того и
другого.